Система налогообложения

06.12.2017
194
0
5.0

Налоговая система Англии отличается сложностью, так как ее определяет целый ряд факторов: потребность правительства в деньгах, решимость общества ограничить социальное неравенство путем перераспределения доходов и открытие экономистами-плановиками того факта, что налогообложение является гибким инструментом для внесения изменений в экономику страны. Наконец, она создает хорошую основу для обсуждения первоочередности наших социальных проблем. Хотим ли мы дополнительных социальных услуг, если это влечет за собой новые налоги? И если да, то как бремя дополнительного налога должно распределяться внутри общества? Или, опять же, что является наиболее приемлемым компромиссом между материальным стимулом к интенсивному труду и высокой квалификации, с одной стороны, и ограничением различий в доходах, интересах социального равенства и сплоченности — с другой?

Мы обратились к Кристоферу Файлдсу, финансовому эксперту редакции еженедельного журнала «Спектейтор», с просьбой объяснить систему налогообложения нашим читателям. Он пишет: если система налогов в Англии является сложной, то это главным образом потому, что она складывалась на протяжении столетий и отражает последовательность социальных, экономических и политических идей.

Именно благодаря налогообложению потерпела неудачу в XVII веке попытка королей династии Стюартов установить абсолютную монархию: они не смогли длительное время финансировать управленческий аппарат за счет собственных средств, в то время как полномочиями на сбор налогов обладал и до сих пор обладает парламент. «Жалобы прежде ассигнований» — было лозунгом: другими словами, пока не будут удовлетворены требования парламента, он не одобрит сбора налогов.

Какую форму принимают ассигнования? В течение почти двух столетий после того, как утвердилась власть парламента, доходы правительства поступали главным образом от акцизных сборов, иначе говоря, от налога на потребление. XIX век явился свидетелем того, как был сметен по политическим и экономическим соображениям один из главных акцизных сборов. Отмена в 1846 году «хлебных законов» вполне справедливо рассматривается как поворотный пункт в этом отношении. Она знаменовала собой решение больше не защищать английских фермеров с помощью тарифов. Вместо этого, страна должна была ввозить дешевое продовольствие, а для оплаты его опираться на свою обрабатывающую промышленность.

Если трудности Стюартов с налогами объясняют, почему Англия, единственная среди западноевропейских стран, отошла от абсолютизма в семнадцатом веке, то отмена «хлебных законов» и ввоз дешевого хлеба в «голодные сороковые годы» частично объясняют, почему в Великобритании, опять-таки в единственной среди стран Западной Европы, не было революции 1848 года. Но за «хлебными законами» скоро последовало другое весьма важное событие: введение Гладстоном — тогдашним министром финансов — подоходного налога. Это впервые связало налогообложение с покупательной способностью. Этот процесс начался в сравнительно скромных масштабах — с менее чем 1 процента дохода — но совершенно ясно, что это был новый вид налога, и впоследствии он стал преобладающим в сфере налогообложения.

Таким образом, XIX век явился свидетелем того, как налог на доход слился и до некоторой степени начал сменять налоги на потребление. К этому в двадцатом столетии прибавились налоги на богатство. Бюджет Ллойд Джорджа на 1909 год был отмечен сознательной попыткой использовать систему налогообложения в целях перераспределения наследуемого богатства в стране. Его главным оружием был налог на имущество, который был и остается налогом на средства, оставляемые после смерти кого-либо.

Чем больше сумма, тем большая доля изымается в виде налога. В том же бюджете был введен добавочный подоходный налог, задуманный как приплата в дополнение к подоходному налогу, уплачиваемая лицами с особенно высокими доходами.

О налогах в Англии

Из более недавних изменений два заслуживают особого внимания. Первым было введение, во время войны 1939-45 гг., налога на покупки. Это свидетельствовало о возврате к налогам на потребление и увеличило номенклатуру товаров, охваченных таким налогом: прежние налоги на потребление распространялись главным образом на спиртные напитки, табак и некоторые импортные товары. Вторым новшеством явился налог с прибыли на капитал.

Никто, конечно, не любит платить налоги: двести лет назад в замечательном толковом словаре доктора Джонсона «акцизный сбор» был определен как «ненавистный налог, взимаемый с товаров», и немногие народы могут признать, что система налогообложения не обременительна для них. Конечно, опасно делать сравнения в международном масштабе; из любых двух стран каждая решает эти задачи по-разному, но судя, по опубликованным данным, общая сумма налогов, уплачиваемых в Великобритании (по сравнению с валовым продуктом страны), меньше чем в большинстве стран с аналогичной экономикой. Может показаться, что данное утверждение опровергает мнение, часто повторяемое в Англии, что бремя налогов здесь так велико, что обескураживает инициативу. Точнее будет сказать, что элемент прямого налогообложения — налоги, уплачиваемые отдельными лицами и компаниями со своих доходов, — необычно высок в Англии.

Во-первых, это означает, что платежи, имеющие цель стимулировать материальную заинтересованность лиц, получающих зарплату, непропорционально урезаются, поскольку налоги на их нормальный доход были бы уменьшены различного рода скидками, в то время как налоги на дополнительный доход не снижаются. И, во-вторых, это существенно затрудняет справедливое вознаграждение лиц, несущих особо ответственные обязанности. Так, председатель одной из крупнейших компаний Англии, как полагают, уплачивает налоги в размере 90% с трех четвертей своего дохода.

Доводы в пользу такого исключительно высокого размера предельного налогообложения основаны скорее на социальных, чем фискальных соображениях, так как поступления от подобных видов дополнительного подоходного налога в общей сложности невелики. Следовательно, это оправдывается тем, что никто не должен сохранять значительную часть своего дохода выше определенного уровня и что государство должно за этим следить. Однако снижение прямого налогообложения сделало бы добавочный заработок более привлекательным для широкой массы налогоплательщиков. В этом случае центр тяжести налогов в значительной мере сместился бы в сторону налога на потребление. А в такой ситуации, по мнению некоторых, это означало бы, что поскольку налоги не могут варьироваться в зависимости от возможностей различных потенциальных покупателей, то основная тяжесть ляжет на беднейшие слои населения.

О налогах в Англии

В бюджете 1968-69 гг., который в марте прошлого года представил парламенту министр финансов Рой Дженкинс, нашли отражение два фактора, которые, по моему мнению, показывают отношение к этим вопросам со стороны официальных кругов. После девальвации фунта стерлингов в ноябре 1967 в задачу министра финансов по необходимости входила переориентация национальных ресурсов не на внутреннее потребление, а на экспорт. Это вызывало необходимость новых ограничений на внутреннем рынке. В этом отношении Рой Дженкинс полностью полагался на косвенные налоги - налоги на товары и обслуживание. Он предпочел ввести новые косвенные налоги и повысить существующие в широких масштабах, чем дальше повышать размеры налогообложения трудящихся и компаний.

Второй характерной чертой бюджета Дженкинса был его налог на доход от инвестиций. Со времени бюджета Ллойд Джорджа 1909 г. «рентные, или непроизводственные, доходы» — дивиденды и т. п. — облагались налогом в гораздо большей степени, чем «производственные доходы» — зарплата и жалование. Теперь, в течение только этого года, стал взиматься дополнительный сбор с высоких непроизводственных доходов, который повысится до уровня 140%, т. е. взимаемая сумма может намного превысить весь непроизводственный доход. Таким образом, это фактически является налогом на капитал.




Читайте также

Комментарии (0)
Имя *:
Email *:
Код *: